Факты и аномалии: июльский шторм в цифрах

Российский банковский сектор столкнулся с мощной волной оттока ликвидности: только за июль граждане и бизнес забрали из касс и банкоматов 595,5 миллиарда рублей, увеличив спрос на наличные сразу на 39 процентов по сравнению с июнем. Статистика Центробанка фиксирует второй по масштабу всплеск изъятия денег с начала года, уступающий лишь апрельскому рекорду в 679 миллиардов рублей. Всего же с января объём «живых» денег в обращении вырос более чем на 2 триллиона рублей.

Триггером к панике могут быть последние новости о том, что с 1 марта 2027 года в России начнут действовать новые законы, которые расширят список признаков подозрительных операций. Основным критерием станет наличие вредоносного ПО на устройстве, с которого совершается платеж. Устаревшие операционные системы, а также неофициальные или измененные прошивки увеличат риск блокировки транзакций.

Российский финансовый сектор в очередной раз демонстрирует удивительную гибкость: вопреки масштабному оттоку средств в наличные, крупнейшие игроки продолжают отчитываться о рекордных доходах. Статистика Центробанка, зафиксировавшая изъятие населением почти 600 миллиардов рублей за месяц, вскрыла не кризис системы, а глубокую перестройку сберегательных моделей граждан.

По мнению экономиста Алексея Кричевского, пока обыватели обсуждают «бегство в кэш», финансовые гиганты чувствуют себя более чем уверенно. Показательный пример — свежий отчет Сбера, где доходы взлетели на 17 процентов в годовом выражении. И этот феномен характерен далеко не только для Татарстана или отдельных региональных лидеров. По его словам, у банков сегодня колоссальный запас прочности, а снижение ключевой ставки ЦБ с пиковых 21 процента до текущих 14 процентов годовых дало рынку мощный глоток воздуха.

- Здесь вопрос не только в том, что есть тенденция к оттоку средств, но и в том, что банкам все равно есть как заработать — то же кредитование после снижения ставки с 21 процента годовых до 14 процентов чувствует себя несколько легче. Отсюда и рост доходов. А вот классические депозиты стремительно теряют статус безальтернативного инструмента для сохранения денег. Продукты с фиксированной доходностью проигрывают конкуренцию фондовому рынку. На рынке сейчас достаточно более интересных для инвестирования инструментов, нежели вклады, поэтому население и перекладывается в те же ОФЗ и корпоративные облигации — там можно запросто найти бумаги с 20 процентов годовых, — объясняет эксперт.

Экономист выделяет несколько причин, почему россияне все чаще снимают наличные деньги в банкоматах. Это и инфраструктурные проблемы, и сезонные колебания спроса. Не стоит забывать и о цифровой уязвимости: частые отключения интернета и сбои в платежных системах подорвали идею полностью безналичного общества.

- Первый фактор — безусловно, отключения интернета и необходимость расплачиваться в магазинах. Когда терминалы в супермаркетах превращаются в бесполезный пластик, бумажный рубль снова становится главным гарантом сытого вечера, — констатирует Кричевский.

Вторая причина связана с окончанием сроков долгосрочных депозитов, открытых во время жесткой монетарной политики. Сейчас массово истекают сроки вкладов, открытых в прошлые годы. Многие вкладчики не видят смысла продлевать их под снизившийся процент. Третьим фактором стало снижение доверия к банковской системе из-за слухов о заморозках, блокировках и ограничениях. Информационное поле вокруг банков часто становится ареной для различных спекуляций. Кроме того, многие вкладчики закрывают долгосрочные депозиты, открытые в 2023—2024 годах, которые приносили высокую доходность.

— В условиях тревоги часть людей предпочитает держать капитал в максимально материальной форме. Четвертый триггер имеет классический календарный характер, и он довольно очевидный — туристический сезон / сезон отпусков: людям нужна наличка, чтобы потратить её. На южных курортах и в региональных туристических зонах бумажные деньги по-прежнему остаются основным средством платежа. Кроме того, накопленное за благополучные годы золото на вкладах теперь активно тратится на повседневные нужды. Инфляционное давление заставляет людей тратить сбережения. Как пятый фактор, можно упомянуть и желание потратить проценты, накопленные на вкладах за последние годы. Причём не всегда на крупные покупки — жизнь в России дорожает быстрее, чем растут доходы, — резюмирует Кричевский.

Татарстан идёт в общем тренде, но местный бизнес сопротивляется

Общероссийская «наличная лихорадка» не обошла стороной и ключевые экономические центры страны. Региональные медиа Татарстана активно обсуждают июльский скачок спроса на кэш, ведь республика традиционно лидирует по объёмам безналичных операций. Однако текущий финансовый контекст в Татарстане имеет свои уникальные особенности.

Прямой официальной статистики от ЦБ России по чистой сумме «обналиченных под матрас» денег конкретно жителями Татарстана за последний год нет, так как регулятор не публикует баланс наличных в карманах граждан по отдельным субъектам. Тем не менее, актуальная на август 2026 года статистика Нацбанка Татарстана и динамика вкладов позволяют точно рассчитать объёмы денежных потоков и масштабы ухода татарстанцев в кэш.

Для понимания масштаба экономисты оценивают два смежных показателя — наличный оборот через кассы банков республики и динамику закрытия/открытия депозитов физлиц. И тут 1,5 триллиона рублей составил совокупный объём наличных денег, выданных кассами коммерческих банков и отделениями ЦБ на территории Татарстана за последние 12 месяцев, исходя из квартальной нормы выдачи в 370–380 миллиардов рублей. Большая часть этих денег — это стандартный оборот ретейла, зарплат и инкассации.

Жители Татарстана накопили на депозитах рекордные 1,36 триллиона рублей, однако если в 2025 году накопления выросли на 14 процентов, на 171 миллиард рублей, то в 2026 году этот процесс полностью остановился. И уже в январе и марте этого года в Татарстане фиксировался чистый отток денег со вкладов: минус 1,7 процента и 0,2 процента соответственно. Граждане предпочли забрать начисленные проценты и годовые премии наличными либо перевести их в облигации.

Но при этом Татарстан в текущем году стал и абсолютным лидером среди 30 крупнейших регионов России по темпам роста выдачи кредитов наличными, так как рост спроса составил +44 процента. Только за один летний месяц жители взяли розничных кредитов на 43,95 миллиарда рублей. Значительная часть этих денег изымается из банков сразу «бумагой» для крупных расчетов, но из-за того, что татарстанцы активно несут деньги мимо кассы, в том числе из-за сбоев платежной инфраструктуры и изменения налогов для МСП, казанские банки начали агрессивную кампанию. При официальной ключевой ставке в 14 процентов местные игроки открывают промо-вклады под 16–19 процентов годовых, чтобы удержать клиентов от обналичивания.

Также важно понимать, что, по тем же данным Нацбанка Татарстана, местный бизнес сейчас находится под сильнейшим давлением. Республика занимает четвертое место в России по объёмам финансирования малого и среднего предпринимательства (МСП). На фоне роста просроченной задолженности среди татарстанских юридических лиц (которая увеличилась в 1,6 раза) местный бизнес вынужден форсировать расчеты наличными. Кэш позволяет предпринимателям моментально гасить кассовые разрывы без банковских комиссий и жесткого контроля со стороны финмониторинга.

Казань как крупный логистический хаб электронной коммерции и ретейла Поволжья генерирует огромный оборот наличных. Из-за инфраструктурных рисков и усложнения цепочек поставок региональные дистрибьюторы предпочитают держать крупные запасы «бумажных» денег для расчетов с поставщиками прямо со склада.

Пытаясь сдержать бегство населения в наличные, отделение ЦБ в Татарстане делает ставку на новые технологии. Как отмечает управляющий Нацбанком по республике Марат Шарифуллин, в регионе активно внедряются новые платежные сервисы. Запуск услуги внесения наличных через банкомат одного банка с мгновенным зачислением на счёт в другом, что должно снизить необходимость «носить кэш в кармане» между отделениями разных сетей. Тем не менее, казанские эксперты сходятся во мнении: пока ключевая ставка остается заградительной для кредитования, а инфляционные ожидания бизнеса высоки, наличный рубль будет удерживать свои позиции в кошельках татарстанцев.

Триггеры «наличной лихорадки»: цифровой испуг и налоговый маневр

Согласна с мнением аналитиков и руководитель отдела макроэкономического анализа ФГ «Финам» Ольга Беленькая. По её словам, спрос на наличность активно растёт с каждым днём, хотя в общей рублевой массе доля кэша пока остается вблизи своего исторического минимума — около 14,5 процента. Ситуация привела к формированию структурных проблем внутри самого банковского сектора.

По мнению аналитика ФГ «Финам» Игоря Додонова, «одним из следствий высокого спроса на наличные стал существенный дефицит ликвидности в банковской системе, который сейчас оценивается несколько ниже 2 триллионов рублей». Эксперт подчеркивает, что эта цифра выглядит внушительно, но пока не является критической, так как банки могут привлекать финансирование от ЦБ под залог своих активов. Эксперт выделяет свой комплекс причин — от бытовых опасений населения до тектонических сдвигов в правилах игры для малого бизнеса.

— Временные отключения мобильного интернета в регионах, весной затронувшие даже Москву, пошатнули веру граждан в стабильность безналичного мира. Для многих они стали сигналом, что необходимо иметь при себе определенный запас наличных, — комментирует Беленькая.

Ситуацию подогревают и регуляторные новшества — например, требование к банкам с 1 июля указывать ИНН клиента по каждой операции в СБП, а также участившиеся новости о блокировках счетов физических лиц. Это заставляет людей искать независимые от государства способы оплаты.

— Для малого и среднего бизнеса с начала 2026 года резко выросла как налоговая, так и регулятивная нагрузка. Повысился НДС, снизился порог выручки на УСН, а также были отменены льготы по НДС для операций с банковскими картами (включая эквайринг и процессинг) и льготы по страховым взносам. Все это также могло стимулировать, особенно малые предприятия, предпочитать наличную форму расчетов, — отмечает руководитель макроанализа ФГ «Финам».

Дополнительным неожиданным фактором стали перебои с топливом на АЗС во многих регионах страны. СМИ начали массово сообщать о том, что на ряде заправок в начале лета операторы отказывались принимать карты и перешли исключительно на наличный расчет, что вынудило автомобилистов срочно опустошать банкоматы.

Если к концу лета ситуация с платежной инфраструктурой не стабилизируется, осенью ежемесячный спрос на наличные может вырасти до 650–700 миллиардов рублей. Однако финансовой катастрофы аналитики не прогнозируют. Додонов считает, что отток вряд ли примет угрожающие масштабы, поскольку ставки по депозитам все ещё перекрывают официальную инфляцию. Тем не менее, дефицит ликвидности окажет долгосрочное давление на всю систему.

— Конкуренция за вкладчиков и привлечение средств от ЦБ означает более дорогое фондирование для банков, что отразится в более медленном снижении кредитных ставок даже при дальнейшем смягчении ДКП в стране. Это, в свою очередь, будет оказывать давление на динамику кредитования, — резюмирует аналитик.

Экономический парадокс: почему высокие ставки больше не манят

Ключевая ставка в стране снизилась до 14 процентов с пикового 21 процента, а доходность по долгосрочным депозитам упала ниже 12 процентов. А инфляционные ожидания населения на годовом горизонте в июле, напротив, подскочили до 14,7 процента. Как объясняет территориальный директор «Цифра брокер» в Казани Алена Ащеулова, в экономике происходит структурная перестройка поведенческих моделей, вызванная институциональными и технологическими факторами.

— Мы имеем дело с «идеальным штормом», когда рынок переваривает сразу три шока. Помимо ценового фактора, на руках у граждан сказывается замедление роста реальных доходов, всего 1,5 процента в первом полугодии, при опережающем росте расходов и традиционных тратах на летние отпуска. Из-за этого многие вынуждены просто тратить накопленное на текущие нужды, — констатирует эксперт.

Аналитики называют две основные причины, по которым бизнес и население начали массово обналичивать счета. Во-первых, с 1 января 2026 года отменили льготы по НДС на эквайринг. Во-вторых, пересмотрели пороги для упрощенной системы налогообложения (УСН). Эти изменения сделали безналичные расчеты слишком дорогими для малых предприятий.

В Поволжье и Татарстане переход на наличные активнее всего происходит в офлайн-ретейле и сфере HoReCa (гостиницы и общепит). Из-за низкой маржинальности для них экономия на налогах стала критичной. Заведения начали активно предлагать скидки клиентам, расплачивающимся наличными.

— Проблемы с мобильным интернетом и сбои в банковских приложениях подорвали доверие к цифровым технологиям. Люди стремятся иметь бумажные «страховки» на случай отключения сервисов безналичной оплаты. Однако эксперты считают, что это временное явление. Как только связь стабилизируется, около 30–40 процентов обналичиваемых средств вернутся в банки. Прямым следствием массового снятия денег стал жесткий дефицит банковской ликвидности, достигший максимума с марта 2022 года. Это уже привело к удорожанию межбанковских кредитов и сжатию объёмов кредитования, что выступит тормозом для инвестиций в реальном секторе во втором полугодии, — отметила Ащеулова.

Однако на этом фоне банковский сектор Татарстана демонстрирует удивительную устойчивость, показывая рост чистой прибыли на 11 процентов. Прогнозы о том, что к осени ежемесячный спрос на наличные может достигнуть 650–700 миллиардов рублей, эксперты называют вполне обоснованными.

Чтобы сгладить дефицит ликвидности, Центробанк, скорее всего, продолжит жесткую риторику, но вместо подъёма ключевой ставки будет активно заливать систему деньгами через инструменты РЕПО. Коммерческим же банкам придётся вступить в агрессивную борьбу за вкладчиков на «коротком плече». Аналитики ожидают точечного возвращения специальных акций и промо-ставок выше 13-14 процентов по вкладам на 3–6 месяцев, что поможет перехватить уходящие в наличные денежные потоки, хоть и сожмет маржу банкиров.