Жан Просянов – генеральный директор популярного интернет-ресурса и крупнейшей базы данных об отечественных кинематографистах «Кино-Театр.Ру» с ежедневной аудиторией порядка миллиона уникальных пользователей. В этом году «Кино-Театр.Ру» исполняется 20 лет. А ещё Жан – директор по развитию первого в стране веб-кинотеатра Chill и продюсер документальных и художественных картин.

– Жан, вы окончили Высшую школу экономики, специализировались на Китае, были там на стажировке. Ваше мировосприятие, отношение к культуре, к тому же кино как-то изменилось после этого?

– Полтора года я жил в Нанкине, Шанхае. В Пекине – наездами. Ещё учился в Гонконге… Да, Китай – это другой образ жизни. Китайцы – иероглифоцентричны. Иероглиф не просто слово, в большинстве случаев слово – это два иероглифа. И всегда в визуальном коде иероглифа зашифровано плюс-минус то, что в нём находится. И ты воспринимаешь информацию визуально. Получается, что иероглиф действует и на другую часть мозга. Эта возможность воспринимать мир двумя полушариями – она очень крутая!

В книге французского искусствоведа Франсуа Жюльена «Стратегия смысла в Китае и Греции» говорится, что мы, европейцы, видим нашу жизнь как некое движение вперёд: от того, что было, к чему-то лучшему, к некоему раю. А у китайцев всё лучшее уже было: во времена великого императора. И они двигаются в будущее, падая в него спиной по спирали, наблюдая за идеалами прошлого. Конечно, усвоив эти принципы, я изменил своё отношение ко многим вещам в прошлом, настоящем и будущем.

– Как возникла интернет-платформа «Кино-Театр.Ру»?

– Всё началось с Людмилы Куликовой, заядлой театралки. У неё были подруги со сходными интересами, все они собирали афишки. В какой-то момент их стопка стала огромной, и это было очень неудобно, а всем так хотелось знать – кто, что и где играет. И девушки сделали табличку в excel, начали её пересылать друг другу по почте. Затем Людмила рассказал эту идею нашему техническому директору Петру Кирееву, и они совместно создали профильный сайт, который стал потихонечку наполняться. Пришла первая аудитория. Решили, кроме всего прочего, писать статьи, новости из мира театра и кино, чтобы чаще мелькать в поисковиках.

Я появился в коллективе месяца через три. Мне было 15 лет, нас с приятелем позвали писать про кино. Мы были в диком восторге. Затем начали выходить на кинопрокатные компании, нас стали звать на пресс-показы. В то время посещать кино бесплатно, да ещё смотреть тот фильм, который никто не видел, было очень круто. Потом мы параллельно занимались фестивалями – ММКФ, и нас очень поддержал фестиваль «Московская премьера», который делал Вячеслав Юрьевич Шмыров. И постепенно стало понятно, что мы что-то значим и можем. В районе 2016 года появились первые деньги, рекламодатели. А в 2019 году я стал генеральным директором «Кино-Театр.Ру».

– Жан, сведения вы получаете из разных источников. Наверное, были какие-то необычные и любопытные «информаторы»?

– Сначала мы собирали информацию по справочникам Союза кинематографистов. Шли по алфавиту. Есть архивы Мосфильма, разумеется, книги, монографии по теме. Нам очень помог тот же Вячеслав Шмыров, а ещё академик Александр Фёдоров, который занимается исследованием советского проката. Он давал нам информацию, сколько зрителей посмотрело тот или иной советский фильм, или зарубежный, ведь тогда их много выходило: венгерские, французские, итальянские, польские. Сейчас мы и сами анализируем подобные вещи: скажем, сколько в интернете запросов на тот или иной сериал. Это позволяет понять реальный размер вещей. Вот мы говорим иногда – очень популярный проект. А кто так решил? На основе каких цифр? Заходим в поисковик, набираем и выясняется, что, допустим, «Слово пацана» в ноябре 2023 года искали 25 миллионов раз. Действительно мегапопулярный – это реально большая цифра!

Сейчас в плане информации нам очень помогают профессиональные пиарщики, снабжают релизами. Но у нас и достаточное количество волонтёров. Например, родственники каких-то артистов присылают разные документы, фотографии. Вот, смотрите, рядом с Андреем Мироновым стоит мой папа, он снимался в эпизоде такого-то фильма. А, надо сказать, в советских титрах «эпизодников» обозначали редко. И мы добавляем артиста в нашу архивную энциклопедию.

– Кстати, очень полезное дело. Я как-то писал исследование, искал биографии «эпизодников» из комедий Леонида Гайдая. И много взял именно в «Кино-Театр.Ру». Например, В. Раутбарт – «профессор, конечно, лопух, но аппаратура при нём», или М. Кравчуновская – «бабушка – божий одуванчик» из «Операции Ы»…

– Это очень приятно! А мы же и театром занимаемся. Вот как-то пришла пожилая женщина, принесла амбарную книгу Тбилисского драмтеатра за 1933-36 гг. И там числилось не 50 актёров, как было у нас, а 52. И мы их в справку занесли. Вот такая скрупулёзная работа ведётся… Вообще я за то, чтобы сохранять всю информацию. Надеюсь, лет через 30-40 мы станем относиться к культуре более осознанно, и какие-то молодые исследователи будут изучать, какими были люди, жившие, скажем, в 2026 году, о чём они мечтали, чего хотели, по кино. Это будет самым правильным источником понимания того образа жизни. И сохранить информацию, кто эти картины делал, критически важно.

– Сейчас онлайн-кинотеатры зарабатывают больше, чем российский прокат. Как вы смотрите на дальнейшее развитие ситуации? Входим в застой, или ожидаем бурный рывок?

– Если смотреть с позиции 2018 года, это, конечно, благо: то, что сейчас происходит с онлайн-платформами. Именно в 2018-м вышел первый сериал, созданный специально для платформы – «Домашний арест». В итоге за семь лет у нас рынок вырос почти в три раза. В 2025 году, по утверждению некоторых экспертов, вышло 254 сериала – и на ТВ, и в онлайн-кинотеатрах. Нужно ли столько контента, я не знаю, лично я не способен всё это отсмотреть. А вы?

– С меня хватает одного KION. И это не реклама. Но ведь каждый выбирает то, что ему по вкусу, верно?

– Да, конечно, есть разная аудитория. Кому-то нравится про бандитов, кому-то про полицейских, кому-то про Красную шапочку или Чебурашку, образно говоря. И вот сейчас наша индустрия ищет объём, который должен быть. Потому что мы, конечно, ограничены языковой средой. Сколько людей понимает русский и готовы жить в наших идеологемах? Наверное, 250 миллионов человек, где-то так. Вот столько и нужно сериалов. По одному на миллион человек.

В разы выросла стоимость производства, а главное, изменилась структура потребления. Раньше как было. Человек приезжает в большой торговый центр, делает покупки в магазинах и, подустав, идёт в кинотеатр при ТЦ и смотрит новый фильм. Сейчас многие люди пользуются доставкой, в том числе и я. Соответственно схема постепенно устаревает. Кстати, она была придумана в США, когда какой-нибудь ковбой ехал со своего ранчо в городской ТЦ за сто километров, чтобы закупить продукты на неделю. У нас всё изначально было иначе, как вы сами понимаете…

В общем, происходит трансформация. При этом фестивальные показы, куда приезжают актёры, где какой-то критик что-то рассказывает, там аншлаги. Например, есть такой Центр «Зотов». В нём показ фильма соединяют с лёгким ланчем и бокалом игристого, режиссёр с актёрами что-то умное и креативное говорят. Билет стоит 2500 рублей. Но это событие, это что-то уникальное! И на таком показе полные залы.

Нужна некая игра, социализация. И я уверен, что публичный просмотр кино, вместе с кем-то, с друзьями, с любимой, он всё равно будет востребован. Невозможно лежать с ноутбуком на пузе всё время! Обычные кинотеатры будут меняться. Посмотрите на новые жилые комплексы. Почти в каждом есть свой маленький домашний кинотеатр. Очевидно, что громадных залов больше не требуется. Но, с другой стороны, в «Октябре» основной зал на 1340 мест, самый большой зал в Восточной Европе. Есть такие премьеры, куда мест не хватает! В общем, как-то это будет трансформироваться, ситуация вокруг онлайн-кинотеатров и проката развивается волнообразно.

– Расскажите про свой самый интересный опыт продюсирования кино!

– Я думаю, это документальная картина «Роман Костомаров: Рождённый дважды». Вообще они удивительная пара – Роман и Оксана Домнина, муж и жена. Удивительно, как самозабвенно и самоотверженно Оксана посвящает свою жизнь Роману. Кстати, и наша история с фильмом началась удивительно. Я родился в Одессе, и мы жили на одной лестничной клетке с семьёй, где было две дочки, одна из них занималась фигурным катанием. И она оказалась подружкой Оксаны! Думаю, и это сыграло свою роль в том, что Роман и его супруга согласились на столь откровенные съёмки…

Успех фильма можно было спрогнозировать, потому что все знают историю Костомарова, она драматургически очень сильная. Про повторное рождение, буквально. Герой дошёл до самого края, а потом оттолкнулся и вернулся в жизнь. Много было поразительных сцен. В какой-то момент Роман вдруг вспыхивает: «Так, вы мне надоели, я выйду на лёд!» Сейчас же позвонили Илье Авербуху, спросили, когда у него шоу. Оказалось, 18 декабря. «Всё, бронируй меня. 18 декабря я буду у тебя». Мы все в шоке. А Роман поехал на тренировку. И встал на лёд, много тренировался, и в нашем фильме это есть: 18 декабря Костомаров вышел в шоу Авербуха. Удивительное упорство!

Картина была представлена на 70 фестивалях, из них 15 – международных. В декабре 2024 года я ездил на Сицилию. Там проходит Paladino d-Oro Sport Film Festival, и вот в номинации «Лучший герой» мы взяли приз «Золотой паладин». И что было абсолютно невероятно и сильно вдохновило: приз мне вручал знаменитый режиссёр Паоло Дженовезе. Дело в том, что 10 лет назад Паоло приезжал в Москву, где состоялась премьера его фильма. И я брал у него интервью. В конце ему сказал: вы меня так вдохновили, что я тоже, наверное, начну снимать кино! Он посмеялся добродушно. И вот Сицилия, Палермо, оперный театр, который видел живого Верди. Куча народа. И я, мальчик из Одессы, стою на сцене и рассказываю всем эту историю. Про то, что у искусства нет границ. Фантасмагорический сюжет, который может быть, оказывается, не только в кино!